Телеведущая Арина Шарапова, долгие годы поддерживавшая дружеские и профессиональные отношения с Владимиром Молчановым, поделилась воспоминаниями о последних месяцах его жизни. В беседе с «МК» она рассказала, что череда тяжелых утрат оказалась для журналиста непосильным испытанием.
Владимир Молчанов ушел из жизни в Израиле на 76-м году. Незадолго до этого он пережил смерть сестры и жены, а весной потерял единственную дочь. Близкие считают, что череда этих смертей главной причиной его ухода, хотя в сети также обсуждалась версия о его борьбе с онкологией.
По словам Шараповой, сегодня их общие знакомые вспоминают Молчанова как человека исключительного масштаба.
«Это большое горе, потому что такого уровня человечище ушёл — такой профессионал, такой интеллектуал. При этом он ещё и журналист, и ведущий — это редкое сочетание талантов в одном человеке. Нет на сегодняшний день такого ведущего-журналиста, который бы обладал таким высоким уровнем IQ, знаний», — сказала она.
Шарапова рассказала, что он никогда не жаловался на самочувствие и избегал разговоров о здоровье. Даже после двух тяжелых случаев ковида с поражением легких он находил силы шутить. Как считает Шарапова, именно смерть близких в итоге сломила его.
Также она прокомментировала его поездку в Израиль. Некоторые СМИ писали, что Молчанов поехал в Израиль, чтобы там лечиться.
«Нет, он не лечился в Израиле. Он поехал туда читать лекции и сниматься для какого-то местного русскоязычного канала, рассказывая о своём опыте работы на телевидении, встречах с интереснейшими людьми <…> в итоге вместо того, чтобы работать, он две недели сидел в бомбоубежище, потому что это было начало той самой тяжёлой ближневосточной истории конфликтной. Не могу сказать, что он там лечился: ну, может, зашел ко врачу пару раз», — добавила собеседница издания.
Минувшей ночью скончался телеведущий, автор программы «До и после полуночи» Владимир Молчанов. Пять лет назад ведущий перенёс трансплантацию печени из-за онкологического заболевания. Онколог Евгений Черемушкин ранее объяснил, о каком виде рака может идти речь.
