«Зерно Сибири» губернатора Буркова. Не проросло!

Политика

В Куйбышевском районом суде города Омска уже около двух лет длится процесс по нашумевшему делу «Зерна Сибири». Судят генерального директора АО ЛК «Зерно Сибири» Секачева А.А., директора ООО «Дары Сибири» Плужникова М.А. и его партнера директора ООО «Глобал С» Сауту С.В.. Их обвиняют в том, что они в составе ОПГ мошенническим способом похитили около 98 миллионов рублей. Организатором ОПГ следствие считает депутата трех созывов Государственной думы России, известного общественного деятеля, производственника, мецената, ученого, доктора экономических наук Александра Четверикова, дело которого выделено в отдельное производство. 

Особенность данного уголовного преследования состоит в том, что судебный процесс опросив всего лишь около половины от свидетелей обвинения, что является начальной стадией судебного следствия, получил исчерпывающее подтверждение о полном несоответствии изложенного в обвинительном заключении и фактического положения дел, что, по мнению участников процесса, является деликатной причиной столь неспешного судебного разбирательства. Да и ситуация в регионе очень сильно поменялась с момента возбуждения данного уголовного дела. Люди, которые продвигали данное уголовное дело по тем или иным причинам, уже не занимают свои должности. Замначальника УВД Алексей Кубиц перешел на работу в правительство Буркова, Замначальника СКР по Омской области Владислав Бражников уволен, прокурор Омской области Николай Студеникин – также больше не работает в органах прокуратуры. Перспективы самого Буркова сохранить пост губернатора туманны, его полномочия заканчиваются в следующем году.

Но дело их живет. Главный фигурант этого дела и пока еще не подсудимый Александр Четвериков называет данное дело фальсификатом и печальной приметой нашего времени. Явлением, которое отбрасывает Россию назад и составляет общественный вред. Оставляя мнение на усмотрение наших читателей, мы взяли подробное интервью у Александра Четверикова о истории вопроса и его обстоятельствах в подробностях и хотим его довести до вашего сведенья. Картина получилась очень пестрая, во многом личная, наполненная драматизмом.


«В сибирском регионе, который недавно не смог найти средства для помощи семьям мобилизованных, нашлось 280 млн рублей на создание проекта, который оказался в предбанкротном состоянии. По мнению Четверикова, причина бедственного положения дел в Омской области и краха проекта, который опальный депутат считает делом всей жизни, одна – коррумпированность и некомпетентность нынешнего Омского губернатора»

Часть 1. Красноярские договоренности или Должность в Дело! Как договорились два друга Бурков и Четвериков создать свой бизнес на губернаторских полномочиях Буркова

— Александр Владимирович, расскажите, что стало предпосылкой появления проекта «Зерно Сибири»?

— В процессе моей хозяйственной, научной и политической деятельностью мне стало понятно, что одной из самых важных проблем, сдерживающих развитие экономики России, является отсутствие эффективных логистических маршрутов позволяющих осуществлять внешнюю торговлю со странами Азии, прежде всего, сырьевыми товарами, произведенными в Сибири и на Дальнем востоке. Быстрых, удобных, относительно дешевых. Страны Азии, ближайшие соседи наших сибирский и дальневосточных территорий демонстрируют стремительный рост численности населения, составляя уже сейчас более 4 миллиардов человек.  Это половина от всей численности населения планеты и это столько, сколько было на планете жителей всего в 1975 году.

Именно тогда, в семидесятых, взяли свое начало первые экспортные, ориентированные на западную Европу трубопроводные транспортные системы. Но нельзя мыслить категориями 70-80 годов прошлого века. Все очень изменилось и сейчас жизненно необходимо менять коренным образом экономическую политику страны в целом, начиная прежде всего с коренной перестройки и модернизации внешнеторговых путей в Сибирь и Дальний восток – АЗИЯ. Говоря об АЗИИ, я имею ввиду весь Азиатский континент.  Отказ от ориентации к этим направлениям взаимовыгодной торговли – это не только экономические потери, это прямая угроза национальной безопасности. Ведь четыре миллиарда жителей этого региона планеты объективно просто не способны долго наблюдать, как жизненно необходимые ресурсы оказываются законсервированы относительно скромным по численности населением России. Понимание вышеуказанного, а так же детальное исследование существующего положения привели меня к мысли о необходимости создания проекта, который пусть на минимальном уровне и частными силами, но все же был элементом решения данной задачи. Проект модернизации логистики Сибири и Дальнего востока создавался мной более 20 лет и теоретически выглядел исключительно перспективным мероприятием. Именно это проект мной был представлен, на тот момент моему давнему товарищу, недавно назначенному губернатором Омской области, Александру Буркову.

— Расскажите о себе. Хотелось бы понять, откуда берутся люди, готовые предложить стране не много не мало изменить экономический курс

Мои предки и по материнской и по отцовской линии коренные Куряне, там где сейчас Конышевский район. По крайней мере, то что я слышал от своего деда, который рассказывал, как его воспитывал его прадед и рассказывал в свою очередь о своем прадедушке, я делаю вывод, что мои предки — простые сельские русские люди. То есть я родом из крестьян. После окончания Конышевской средней школы, овеянный военной романтикой, поступил во Львовское высшее военно-политическое училище в 1989 году. Но от судьбы не уйдешь, в 1991 году моя учеба была досрочно прекращена в связи с прекращением существования страны, которой я присягал. Военным специалистом мне стать было не суждено. В 1992 году я продолжил обучение на экономическом факультете МЭСИ, который закончил по специальности «управление» . В том же 1992 году я основал предприятие ГК Агрохолдинг, ставшее в последствии под моим руководством одним из крупнейших агрохолдингов России с численностью работающих на пике своего развития до 24 тыс человек. Стремясь повысить уровень образования, заочно закончил Курскую сельскохозяйственную академию, так же — экономических факультет, защитил кандидатскую диссертацию в 2001 году, а затем, в 2009 году, в Московской академии имени Тимирязева защитил докторскую диссертацию, получив ученую степень доктора экономических наук. В 1994 году начались мои первые шаги в политике с участия в выборах в Курскую областную думу.

«Зерно Сибири» губернатора Буркова. Не проросло!

В 1999 году в возрасте 27 лет был избран как независимый кандидат депутатом Государственной Думы РФ 3 созыва. Вошел в депутатскую группу «Регионы России». Я избирался депутатом трижды в Курскую областную думу и трижды в Думу государственную, кстати где и познакомился в 2007 году с Александром Бурковым.

Получив хорошее образование, опыт в научной, хозяйственной, общественной  и политической  деятельности, к 2019 году, достигнув возраста 47 лет и будучи готовым к решению самых серьезных задач, поработав три месяца в партнерстве с губернатором Бурковым, получил сфальсифицированное уголовное дело, ставшее в какой-то степени «венцом моей карьеры» и оценкой государством всех моих достижений.

— Как состоялось ваше знакомство с Александром Бурковым?

— Как я уже рассказал, в 1999 году, в жесткой конкурентной борьбе я был избран депутатом Государственной думы России, по одномандатному округу, как беспартийный. В 2007 году, одномандатные округа отменили и в выборах в ГД могли участвовать только партии. В силу целого рядя обстоятельств я вошел в партию «Справедливая Россия», где и познакомился с Бурковым, который представлял Свердловскую организацию.

Внутри фракции «Справедливой России» у нас сложилась своя маленькая «фракция», в которую помимо меня входили депутаты Бурков, Терентьев, Агеев и Михеев. Это были прекрасные времена, когда мы стеной стояли друг за друга. Например, нам удалось отстоять Александра Буркова в качестве главы Свердловского реготделения партии накануне выборов в шестой созыв Госдумы. Таким образом, ему удалось сохранить свои позиции и остаться в политике. В будущем это открыло Буркову путь на губернаторское кресло. Мы дружили семьями и Бурков не единожды был желанным гостем в моем курском семейном доме, а я, в свою очередь, его гостем в Екатеринбурге.

«Зерно Сибири» губернатора Буркова. Не проросло!

— Как Вы оцениваете Буркова как депутата Госдумы?

Тут стоит напомнить, как он попал в Госдуму в 2007 году. По оценкам моих коллег, это была воля случая. В то время Свердловскую область партию «Справедливая Россия» представляла команда известного политика Евгения Ройзмана. По настоянию «сверху» Ройзмана вместе с его командой накануне выборного съезда в Государственную думу вычеркнули из списков кандидатов. Вместо них включили тех свердловских справедливоросов, кто согласился предать Ройзмана, и один из них прошел в Думу – им оказался Александр Бурков.

Что касается законодательной деятельности депутата Буркова, я не могу сказать чего то определенного. Я работал в комитете по экономической политике, в каком комитете работал Бурков — я никогда не интересовался, какие либо законодательные инициативы его авторства мне не известны. На выборах 2016 году в думу седьмого созыва Александр Леонидови, был выбран Мироновым С.М. руководителем Избирательного штаба. Тогда Миронов сделал основной акцент на привлечение средств в избирательный фонд. Бурков активно рекрутировал в списки кандидатов лиц, которые могли в обмен на перспективное место в списке выплатить значительные денежные средства. Таким образом, насколько я знаю, было получено более миллиарда рублей. Куда пошли эти средства — мне не известно. Кто стал депутатом таким образом, легко понять, сравнив состав думы от СР шестого созыва и седьмого созыва и в выявленной разнице очень мало случайных лиц. В целом партия по результатам выборов 2016 года получила скромный результат, еле-еле перешагнув 5% барьер. Но судя по тому что именно Бурков получил портфель губернатора, все говорит о том, что С.М. Миронов высоко оценил результаты этих выборов.

— С чего началось ваше сотрудничество с Бурковым как губернатором Омской области?

Для ответа на этот вопрос нужен небольшой экскурс в тот период, когда мы были депутатами. Чтобы были понятны мотивы Александра Леонидовича и его устремления в тот период, когда он оказался во власти. Я стал депутатом, будучи успешным предпринимателем. В период работы в Госдуме агрохолдинг, который я создавал и которым руководил до избрания в Госдуму в 2007 году, был на подъеме. У меня был имидж не только успешного политика, научного специалиста, но и практика хозяйственника. В приватных беседах Александр Леонидович неоднократно высказывал глубокую тревогу, что он не имеет в отличие, например, от меня, хорошую материальную базу, и думал, как бы ему попасть в такое место, где должность могла приносить доходы.

Как я узнал впоследствии, Александр Леонидович скромничал, так как имел существенные доходы от деятельности, которой занимался. Большие деньги были в руках моего товарища в 90-е, когда он наверняка не без щедрых вливаний американских коллег создал сепаратистскую «Мансийскую республику». В прессе об этом много писали. Также в 90-е он управлял приватизацией государственного имущества Свердловской области в должности председателя Комитета по управлению государственным имуществом. Данное направление известно как беспрецедентное хищение, когда  по  каналам «приватизаторов» перетекали народные средства в карманы отдельных лиц. Едва ли бескорыстно он организовывал мандаты интересантам на депутатство от «Справедливой России» в 2016 году.

«Зерно Сибири» губернатора Буркова. Не проросло!
Фото: Александр Бурков и Олег Михеев (находится в федеральном розыске)

Так что мой друг не бедствовал. Однако по окончании «нулевых» ему требовались новый проект с широким размахом, который бы обеспечил его и его семью стабильным доходом на всю оставшуюся жизнь. Стать по настоящему богатым, вывести средства заграницу и встретить там безбедную старость. И такой проект появился – губернаторство в Омской области. Мои наивные рассуждения о будущем страны о ценности создания новой транспортной логистики легли на благодатную почву.

— Как это произошло?

В марте 2019 года я был приглашен на день рождение нашего общего товарища Александра Агеева, на котором так же традиционно присутствовал Бурков. На этом мероприятии мы разговорились, и я рассказал ему о своих наработках в логистике, прежде всего Западной Сибири, и с акцентом на сельское хозяйство. Проект заинтересовал Александра Леонидовича и он захотел обсудить его более детально и в практической плоскости, предложив сопровождать его во время поездки на Красноярский Экономический Форум.  По прилету в Красноярск 28 марта, мы отправились на ужин в ресторан Bistrot De Luxe Home где в относительно приватной обстановке обсудили детали проекта.

Моя идея состояла в создании акционерного общества, которое возьмёт на себя реализацию проекта и где до 25% будет принадлежать государству в лице Омской области, а остальное — инвесторам и инициаторам проекта. Участие государства я видел необходимым исключительно по причине массы вопросов, создающих успех проекту, решение которых находится на государственном уровне, в большей степени, на федеральном. Участие в проекте субъекту федерации давало по моему мнению право этому субъекту просить федеральный центр решить те или иные вопросы в интересах проекта.

Я категорически не рассматривал и считал невозможным долю государства выше 25 %, так как рассчитывал, что удастся привлечь частные инвестиции за счет продажи до 40% акций, а 30% акций для обеспечения контроля собственника я рассматривал как очевидно достаточными. Я видел, что проект впечатлил моего товарища. После ужина, уже по его инициативе, несмотря на изрядную усталость, он предложил посетить какую-нибудь баньку. Банькой был выбран банный комплекс «Бобры». Так как мы пользовались автомобилем предоставленным администраций Красноярского края, опытный водитель легко довез нас до назначенного места.

После парения, за чайком у камина, мы подробно обсудили кто за что должен отвечать при реализации проекта. На меня возлагалось все что связано со стратегией реализации проекта, тактически вопросы должен был решать нанятый менеджмент. Бурков должен был решать все вопросы, связанные с возможностями губернатора, в частности; вести работу с федеральными органами власти о выделении земельных участков, получение различных лицензий и разрешений, создание различных программ, привлечение государственных инвестиций, решение вопросов на региональном уровне, начиная от бюджетного финансирования до создания режима экстра благоприятствования в решении любых вопросов, как то — те же земельные участки, разрешения, пользование имуществом и конечно нужное давление на все органы власти находящиеся на месте.

Органичным образом Бурков мне задал вопрос, что называется в лоб: а я чего буду с этого иметь?  Подумав, я ответил — то же самое что и я в равно доле. То есть пятьдесят на пятьдесят. Увидев в нем задумчивый вид, в котором, кстати, особенно ничего не читалось, я взял со стола лист бумаги и написал на нем большими знаками «50/50 от всех доходов предприятия». Бурков взял этот лист, поинтересовался, какая сумма это может быть в цифрах, я тут же ответил, что это несколько миллиардов долларов США в перспективе и при разумном подходе. Он вполне удовлетворенно пожал мне руку в знак согласия, сказал, договорились и предварительно, как Штирлиц, порвав поданным мной лист отправил клочья в камин.

На следующий день 29 марта 2019 года с утра мы посетили павильоны форума, отправившись на обед в один из ресторанов, после которого решили совершить восхождение на «Красноярские столбы». Мы обсуждали детали проекта. Бурков делился своими впечатлениями первых полутора лет жизни в Омске, своего губернаторства, понимания федеральной власти. Говорили о жизни, о делах житейских. Был замечательный солнечный день! Восхождение на «Красноярский столбы» само по себе прекрасное и полезное мероприятие, с потрясающими видами горных ландшафтов, мостики через живописные речушки и протоки, тайга и звенящий чистый воздух — всего около 8 км, половину из которых в гору и соответственно обратно.

Особенно занятны были суждения и манера поведения моего друга, еще совсем недавно такого же как и я депутата, привычного и понятно, как мне казалось человека. Это был другой Саша Бурков, точнее говоря уже не Саша, а Александр Леонидович, всем своим видом намекавший, что надо бы что-то добавить в стиле «его превосходительство» и так далее. Вот этот момент, когда человек превращается из Саши в «превосходительство», эта метаморфоза и есть самый главный момент, превращающий реальность в иллюзию. Именно этот момент необходимо фиксировать во время обязательного обследования государственного менеджера, и как только из Саши он стал вельможей, нужно отправлять в царство. Чиновников своего Правительства он делил на местных, они же «Дебилы», и завезенных им, он же «Команда». Про Дебилов рассказывал, например, историю когда ему принесли на утверждение проект размещения родильного отделения и перинатального центра в разных частях города. Откровенно говоря действительно не тянет на глубоко интеллектуальное решение.

Работать не с кем, жаловался Саша, пытаясь показать, что знает и понимает от кого ему нужны какие качества и знания. Насколько я знаю сейчас, правительство Омской области — один из самых нестабильных работодателей, где за пять лет руководства А.Л. Буркова сменилось более сотни чиновников высшего уровня. Привело ли это к повышению качества работы существующего коллектива — можно судить по показателям региона, главный из которых, по моему мнению, уровень убыли населения за счет миграции в другие регионы России – здесь область неизменный антилидер!  Президента России В.В. Путина, Бурков, задорно, как бы показывая близость, называл «начальником». Что говорит «начальник», рассуждал Бурков, «воруйте, не вопрос, но наворованное должно остаться в России». Я не знаю, где он слышал от главы государства подобное заявление и сомневаюсь как в авторстве этих слов, так и в том, что именно Буркову они были адресованы, пусть даже и в числе других его коллег. Заключая Буров сказал: поэтому Саша, ты подумай, как вывести мою долю за рубеж, очень аккуратно.

Делился Александр Леонидович сделанными выводами, относительно своей задачи как губернатора – «не вступать в конфликт с федеральными компаниями типа Газпромнефть» — иначе сомнут, «не создавать федеральному центру проблем — народ должен помалкивать, для этого нужно контролировать СМИ». Кто это обеспечивает — в фаворе, остальное не имеет значения.  Мне было занятно слышать подобного рода философию обеспечения губернаторского благополучия. Но на тот момент общаясь с деловым равноправным партнером меня больше интересовали перспективы нашего теперь уже совместного бизнеса, где я вхожу инвестициями и стратегическим руководством, а Бурков административным ресурсом и всей государственной властью и возможностями губернатора относящемуся в необходимом проекту объеме. Накануне было закреплено — все решения принимаются совместно и прибыль распределяется строго пополам. 

Нужно было решить вопрос о технологии владения, сумме инвестиций, методах коммуникации и наметить этапы большого пути. Что касается вопроса пропаганды проекта в массах, Бурков сказал, что с этим прекрасно справиться Олег Заремба. Я давно и достаточно неплохо знал Олега. Он пришел в «Справедливую Россию» из команды Олега Пахолкова, талантливого человека, нашего депутата шестого созыва, который сейчас редактирует в Ростовской области издание «Блокнот». Ответственным за вопросы организации внесения доли области во вновь создаваемое общество и работу на месте был определен так же хорошо известный мне Дмитрий Ушаков, на тот момент заместитель Буркова в правительстве. В думе шестого созыва Дмитрий Владимирович оказался благодаря Оксане Генриховне Дмитриевой. Какое-то время мы работали с ним вместе в одном комитет по бюджету и налогам. Дмитрий был скромным и как депутат и как человек, но вполне приятным и доброжелательным. Я был очень удивлён узнать от Буркова, что Ушаков его правая рука и доверенное лицо по многим личным вопросам.

Вопрос личного участия Буркова в бизнесе и представление непосредственно его личных интересов во всем где он не может выступить сам Бурков отвел Комиссарскому Константину Георгиевичу. В будущем Комиссовский играл ключевую роль в деятельности бизнеса Буркова, выросшего из наших договоренностей и угодливой фабрикации уголовного дела, ставшего известнее, чем сам проект, дела «Зерно Сибири». Комиссовского я так же знал лично. Не могу сказать что очень хорошо. Но я видел его постоянно с Бурковым на разных мероприятиях и встречались, как-то сошлись и часто оставшись в расслабленной обстановке. Я слышал рассказы Комиссовского о его большой и серьезной работе, о том, как он вместе с Бурковым в 2005-2007 годах скупал подмосковные земли, в каких районах и каком объеме – речь шла о нескольких десятках тысяч гектар. Как он, бедолага, чуть не сел, получив судимость по уголовному делу как мошенник в Истринском городском суде, прикрыв собой друга депутата. Как он получил в управление и успешно управляет теперь этими землями и не плохо в связи с чем живет.

Конечно Константину хотелось показать, что он и доверенный, и надежный, и бывалый, и богатый, и он не отказывал себе в удовольствии таким казаться. Я кстати, не имея цели, несколько раз наталкивался на очевидцев этой истории, и хотя в декларации депутата Буркова, впрочем как и губернатора Буркова, ничего о этих землях не сказано, могу с точностью подтвердить, что Константин Комиссовский был искренен, а в приговоре Истренского суда можно найти без труда кадастровые номера тех самых земельных участков.  Но впрочем это не мое дело и мне это не интересно.

Следующим важным вопросом встал вопрос, а кто будет выступать собственником юридически  в акционерном обществе, создаваемом в целях реализации моего тогда еще логистического проекта. Мы же не можем внести в реестр акционеров «Саша Четвериков 50%» и «Саша Бурков 50%». Надо же кем то прикрыться, что бы было красиво? До этого Бурков на самом деле сам неожиданно для себя предложил ответ на этот вопрос. Он рассказывал подробно, что в уникальной Омской области еще остались колхозы, так называемые СХПК. То есть форма владения, где все принадлежит пайщикам, пайщиками могут быть только работники, а работники подчиняются председателю, которого они же и выбирают под его же контролем. Ну то есть абсурдная форма собственности, созданная для того, чтобы на бумаге вроде владелец народ, а на самом деле в таких кооперативах всем распоряжается председатель. Со слов Буркова, что кстати полностью подтвердилось в последствии, все эти председатели безбожно обкрадывали, наживаясь на подчиненных им кооперативах, под неусыпным контролем местных правоохранителей и глав районов, с которыми дисциплинированно делились, делая свое присутствие желанным. Таких кооперативов в Омской области оказалось более ста и с объёмом земли в обработке более 500 тысяч Га и собственностью на более чем 50 миллиардов рублей. Все они были прибыльными с живыми деньгами на счету. Рассказывая это, Бурков говорил, что я могу прижать глав районов и они мне принесут на «блюдечке» эти хозяйства. Нужны деньги — купить одно-два, а потом за их же деньги скупить все остальное. Когда он рассказывал об этих возможностей, я спросил, а красиво ли будет, если именно эти хозяйства выступят акционерами создаваемого акционерного общество? Он ответил — просто замечательно, и таким образом вопрос, кто выступит от имени нас с Бурковым акционером в будущем АО, был решен. Одновременно было решено скупать эти хозяйства. Я спросил сколько нужно средств для покупки первых двух хозяйств. Бурков сказал, что примерно 100 миллионов на среднее хозяйство за глаза, то есть на два достаточно 200 миллионов. Таким образом, была зафиксирована сумма необходимых для начала моих инвестиций, составляющая 200 миллионов. В будущем она почему-то мутировала в 210 миллионов.

Проект по сбору информации о хозяйствах, отбору и подготовке их к скупке, Бурков поручил заместителю Ушакову, который, надо сказать, очень добросовестно выполнил это, как впрочем и все иные известные мне поручения Буркова. Действительно хороший заместитель. В будущем я познакомился с командой Буркова и надо сказать, в ней оказалось множество известных мне лиц, каждый из которых выполнял какой-то проект и был лично предан губернатору. Я узнал о некой кассе, из которой финансируются чиновники, и многом другом, что в моем понимании сильно меняет преставление человека об исполнительной власти, по крайней мере, в Омской области, и многое объясняет.

Тем не менее, как только было решено, что акционерами выступят хозяйства, а хозяйства мы скупим, встал вопрос, как это оформить юридически. Это вопрос был быстро решен. Для целей скупки хозяйств было запланировано создать предприятие в Москве, которое и займется скупкой этих хозяйств. Но тут возник один деликатный момент, который явно обеспокоил Буркова, но и меня озадачил. Хозяйства еще не скуплены, а общество в Москве для их скупки создавать надо с конкретными участниками. Бурков сказал: «ты готов внести 200 миллионов инвестиций в общество на момент создания под будущую скупку хозяйств»? Я ответил, что сейчас нет, так как не ясно еще, что это за хозяйства, когда состоиться сделка и так далее. А как же я возьму тебя равноправным участником в общество, которое будет скупать хозяйства, если я вкладываю свой ресурс, а ты ничего не вкладываешь, — спросил Бурков? Я согласился, что это не правильно. Тогда решили, что первое время общество будет полностью оформлено на подконтрольных Буркову лиц и заниматься этим проектом будет от имени Буркова Константин Комиссовский. Но на этапе создания общества ключевые вопросы будут согласовываться со мной и когда придет время, я должен буду внести обещанные инвестиции.

Забегая вперед, хочу сказать, что Комиссовский добросовестно выполнил намеченное, общество получило название ООО «СибирьАгроИнвест» (САИ). Таким образом, был полностью решен вопрос структуры владения основным активом, получившим в будущем название АО ЛК «Зерно Сибири»: через колхозы, планируемые к скупке САИ, которой должны владеть 50/50 мы с Бурковым, с момента, когда я вношу инвестиции. А до этого 100% остается под контролем Буркова в лице Комиссовкого и его доверенных лиц.

По коммуникациям также определились. Договорились, что главным посредником в наших коммуникациям станет Константин Комиссовский, в тех случаях, где будет не уместен личный контакт. Кстати работа через подставных доверенных лиц играла ключевую роль в тактике Буркова. Если что — валить на доверенное лицо. Это в какой-то степени новая форма, предавать и подставлять того, кого обласкал доверием. Обсудили и мое место в будущем АО ЛК «Зерно Сибири», как я буду претворять стратегическую инициативу в жизнь. Мне было обещано, что будет принят рекомендованный мною кандидат на должность генерального директора общества, а сам я получу должность председателя совета директоров акционерного общества. Были намечены сроки реализации проекта. Проект должен был показать результаты уже к саммиту Россия-Казахстан, который планировался на ноябрь того же года. Как аргумент в получении поддержки на уровне Главы государства.

— А вам не кажется, что вся эта история про федеральный логистический проект из благообразной и даже патриотической красивой истории после вашего рассказа выглядит как жульничество, отвратительный пример коррупции и антигосударственного подхода? 

Да, я согласен с вами, выглядит именно так как вы сформулировали. Чем я могу себя оправдать? К этому времени я уже не состоял на государственной службе и имел право заниматься хозяйственной деятельностью, поэтому я лично не собирался нарушать закон или злоупотреблять своим положением. Потом я понимал, что проект это не зло, а добро, что он важен и необходим, и не я устанавливаю правила. Вопрос стоял или так или не как. Конечно я для себя голосовал за проект, пусть даже и с таким оттенком.

— Скажите, а может быть, вы, скажем так, несколько преувеличиваете или искажаете факты в выгодной для вас форме, преследуя собственные цели?

Безусловно ваши сомнения имеют право существовать и мне самому было бы приятнее сейчас рассказывать не о порочных деталях развития проекта над которым я работал более 20 лет и считал его в какой-то степени делом своей жизни, а его успехах. О достижениях и результатах. Хотя то, что я делаю публично и открыто данные заявления само по себе, уверен, принесет пусть малую, но пользу. Ваше издание не первое, кто публикует от моего имени и под мою ответственность данную информацию. Если бы я хоть в чем-то солгал, то получил бы немедленно массу исков и еще одно уголовное дело о клевете. Персонажи моих откровений молчат, в упор не замечая их сюжеты. Они молчат, потому что знают, что попади мы в суд, который будет выяснять клевета это, или нет, появляется высокая доля вероятности перебраться прямо оттуда в процессы уже иного уголовного порядка и совершенно не в качестве истца. Поэтому они молчат.

— Хорошо, но кроме, как вы выразились, персонажей ваших рассказов, есть еще и другие совершенно конкретные лица, в чью компетенцию входит проверка и оценка данной информации — правоохранительные органы, администрация президента, общественный контроль. Какова их позиция, вам что-то известно?

Мне ничего не известно в данной связи.

В ближайшее время мы продолжим беседу с Александром Четвериковым и узнаем, что же произошло дальше. Всех, кого заинтересовало это интервью, просим оставить свои отзывы и комментарии. Публикуем несколько предоставленных нам Александром Четвериковым сриншотов переписки с Александром Бурковым, Дмитрием Ушаковым, Константином Комиссовским, охватывающие период и события, изложенные в данном материале.

Главный региональный