Если смотреть на события, разворачивающиеся на планете в последние даже не годы, а месяцы, возникает двоякое ощущение. Или мир сошел с ума, или происходит что-то, чего мы еще не понимаем. Политический мир, как слоеный пирог: на верхнюю часть, где «вишенка», выносятся сиюминутные поводы, скрывая причины происходящего в нижних коржах и прослойках этого пирога.
Только порывистость и прямолинейность в ведении бизнеса от североамериканского президента Трампа позволяет мельком увидеть весь срез «торта». А на срезе – разворачивающаяся охота на оставшиеся планетные ресурсы. С чего бы так жестко Дональд Трамп возбудился по поводу Гренландии и Арктики? Почему Венесуэла и Иран, разделенные мировым океаном, вдруг стали так близки с позиций США о том, что «вся ваша нефть — наша».
«По данным на конец 2023 года, в мире насчитывалось 1,754 трлн баррелей доказанных запасов нефти. Это около 280 трлн литров — примерно столько же воды содержится в Азовском море», — читаем на ресурсе «Нефтяная и горная промышленность».
Треть всех доказанных запасов сосредоточена в Венесуэле и Саудовской Аравии. В России — около 80 млрд баррелей (около 5% мировых запасов). Для сравнения: в Арктике, по оценкам, может быть ещё 586 млрд баррелей, но их добыча пока слишком сложна и дорога. Информация взята там же. Венесуэла, Иран… Администрация США и не скрывает ни от кого свою заинтересованность в нефти на этих территориях.
А еще: литий и редкоземельные металлы, запасы пресной воды и прочие ресурсы, которые, если и возобновляются, но не так скоро, как того бы хотелось.
Все нынешние военные конфликты завязаны, как диктует история, на территориальных приобретениях, но в совершенно ином качестве. Не пахотные земли и раздача ленд-лордам угодий, но доступ к ископаемым.
Человечество научится без сомнения, обходиться без нефти и газа, откроет новые источники получения энергии, вплоть до управляемого термоядерного синтеза. Но. Пока что перспективы туманны, а новый источник энергии не заменит все «плюшки» от использования нефти и газа в производстве пластика, медикаментов, косметики, и бог знает, чего еще.
Северная Америка впечатлилась не радующей ее перспективой сырьевого передела мира, когда страны БРИКС сами, без США, могут заниматься перераспределением потоков ресурсов и со временем — изменением дислокации финансовых центров. Дональд Трамп прекрасен и опасен в отличие от Джо Байдена именно тем, что как бизнесмен хорошо видит конъюнктуру рынка. И он агрессивно хочет встроится в новые глобальные мировые переделы. В этом новом мире Европа Трампу не интересна от слова «совсем», разве что Норвегия, да и то – с натяжкой.
Украина могла быть леденцом, на время сладостью своей отвлекающая от глобального голода, но не тогда, когда свои мифические месторождения и ресурсы «переобещала» еще до Америки не раз и не два.
Не слишком понравится странам Балтии то место, которое в США им определят. Уже сегодня в чиновных структурах ЕС традиционно хулят Россию, заманивают к себе ядерные «Шербурские зонтики» от Макрона. Но тщетно. Вопрос беспощадной реальности только один: есть ли нефть у вас? И этот вопрос не Россия задает. Нет нефти и газа? Значит, только тем, насколько территориально близки к центру событий, и можете быть интересны. А насколько близки? Кая Каллас пусть придумает?
Украина в этой ресурсной мясорубке вдруг открыла для себя «окно возможностей». Режим нелигитимного, наверное, президента бьет по российским территориям в Краснодаре, Ставрополье и в других, где нет угроз ВСУ, а где могут выращивать на полях урожай, нивелируя зерновые украинские сделки? Тоже ресурс? Как нефть, газ и запасы пресной воды?
Мелковато для глобального передела выглядят потуги ВСУ. Не зерно, так – рис. Не литий из Украины, так месторождения в Америках и в перспективе – в Арктике.
Главное условие срабатывания нового «мирового заговора» — не продешевить. А этого можно достигнуть только общаясь с конкурентами или потенциальными союзниками напрямую. То есть, без подготовленных эмоционально, но никак не влияющих на мировой расклад сил реально коалиций, ненавидящих всё и вся. Кстати, болезненным ударом по самолюбию руководителей бывших союзных республик в Прибалтике прозвучало бы сегодня и мнение Путина, и мнение Трампа. Если называть все своими именами, то это прозвучал бы, возможно: «Кто вы, и зачем вы нам нужны».
