24 июня 2023 года многие из нас почувствовали, что проснулись в совершенно иной стране. Слова «военный мятеж», «предательство» и «удар в спину» показались нам самыми мягкими выражениями, которые приходили в голову при встрече с новостями прошлой ночи и текущего дня. Об этом пишет обозреватель «Свободной Прессы» Сергей Ищенко.
Сообщения из Ростова-на-Дону о блокировке штаба Южного военного округа бойцами группы «Вагнер», заявления главы этой группы о том, что начальник Генштаба Валерий Герасимов покинул здание вечером пятницы, призывы гражданам не выезжать на трассу М-4 «Дон» без крайней необходимости из-за передвижения бронетехники (в каком направлении, на Москву или в противоположную сторону?) – все это добавляло новые нотки безумия к нарастающему хаосу с каждым часом.
Было ясно, что эти тяжелые обвинения направлены на мятежников, которые, по словам президента, ведут страну к анархии и кровавым столкновениям. Однако те, кто систематически следит за событиями в зоне спецоперации, знают, о чьих конкретных «непомерных амбициях» идет речь – лично о Евгении Пригожине, лидере и организаторе группы «Вагнер».
Видео с сильно избитым при задержании Веневитиным, распространенное Пригожиным задним числом, стало доступным для всего мира. Оно поставило под сомнение порядки, установленные нашей фронтовой линией, и вызвало волну возмущения в мировом сообществе.
Ищенко указывает на тот факте, что 17 мая под Бахмутом «вагнеровцы» предположительно «захватили в плен» командира мотострелковой бригады подполковника Романа Веневитина с применением оружия. По заявлению Пригожина, этот офицер, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, якобы приказал одной из своих рот обстрелять колонну «Вагнера», направлявшуюся с передовой на отдых и переформирование в тыл.
На самом деле, это уже был военный мятеж, подчеркивает автор. Потому что, даже если подполковник Веневитин был виновен в чем-то, «Вагнер» абсолютно не имел права самосудить и наказывать российского офицера перед его подчиненными. Существует военная прокуратура, существует военная полиция – это их компетенция, а не частной военной организации, несмотря на все ее боевые заслуги.
— Москве всего этого не видела и не слышала? Такого просто быть не может. Тогда почему верховная власть ничего не принимала в публичном пространстве, где вся эта жуть с каждым новым видеороликом обретала все больший резонанс? — задается вопросом автор.
